Раздался страшный скрежет металла о прибрежные камни — в мгновение ока тридцатиметровая часть нефтеналивного исполина оказалась на берегу.
К счастью для экипажа, наезд танкера на земную твердь произошел достаточно мягко: корпус судна не был деформирован или пробит. Иначе окрестности потряс бы взрыв чудовищной силы или львиная часть мазута вылилась бы в Волгу. Последствия экологической катастрофы такого масштаба даже трудно себе представить!
А теперь самое время вернуться к причинам возникновения ЧП. Как ни обидно это звучит, но все случившееся объясняется до банальности просто. Дело в том, что второй штурман «Нефтерудовоза-21м» Юрий Самыгин, управлявший судном в то злополучное утро, просто-напросто уснул, и танкер, предоставленный самому себе, отклонившись от курса, пошел прямо на берег.
Возникает резонный вопрос: «А где же в это время был вахтенный матрос, который согласно Уставу службы на судах речного транспорта должен был находиться вместе со штурманом в ходовой рубке?» Тоже спал? Отнюдь. Матрос в поте лица выполнял... хозяйственные работы, на которые и был послан своим непосредственным начальством: красил иллюминаторы в кают-компании и курилке.
Между тем к месту происшествия в спешном порядке прибыл еще один танкер, экипаж которого и перекачал часть мазута из носовых танков аварийного судна. После этого «Нефтерудовоз-21м» благополучно вернулся на воду. Приехавшая на место происшествия комиссия освидетельствовала: танкер не пострадал во время своего краткосрочного путешествия «по суху, аки по воде», и может выполнять свои функции дальше. На судно вновь закачали мазут в полном объеме, и «Нефтерудовоз-21м» продолжил свой путь в порт назначения.
К сожалению, авария, происшедшая на 2346-м километре Волги, не единственная. Не столь давно в этих же местах другой танкер, «Волгонефть-261», под управлением опять же второго штурмана Андрея Вандина, выполняя рейс Керчь — Самара, также на полном ходу врезался в правый берег Волгоградского водохранилища неподалеку от села Стрельноширокое.